.

О ТЕРРОРЕ

…Победоносная Октябрьская революция проявила слишком много великодушия к своим врагам. Она амнистировала и Краснова под Гатчиной, и Руднева в Москве, и Авксентьева и Гоца в Петрограде, она простила тем самым людям, которые впоследствии поднимали мятежи против неё, организовывали «белый» террор не только против неё, её представителей, но и против рабочих и крестьян Советской России.

Мануильский Д.З.
(1883-1959 гг.), честный еврей,
современник «белого» террора

В феврале 1917 г. буржуазная интеллигенция руками голодных, обездоленных петроградцев, униженных солдат и матросов ссаживает с престола помазанника божьего и по совместительству царя-императора. Пока опупевшие от нечаянной собственной смелости и лёгкого свержения власти интеллигентские шустрячки приходили в себя, толком не зная, что и как делать дальше, населением Петрограда, как ответ революционного народа на террор за предыдущие годы (не забыты 1905-1908 годы), было отловлено и уничтожено около 50 тысяч «любимых» полицейских и жандармов. (Около 20 тысяч их сумели как-то избежать участи своих коллег быть забитыми на мостовой, повешенными на воротах, выброшенными с верхних этажей и колоколен.) Безразличный, обиженный на весь мир бог безучастно взирает на своего помазанника и на петроградский бедлам по дележу власти между различными политическими течениями и социальными группами господ (как говорится, не впервой, были чудеса и похлеще). Похоже, и сам русский немец Николай Романов начал тяготиться своими должностями, а отказаться по собственному желанию опасался — свои же прибьют. Кровавый балаган, как в тылу, так и на фронте, длится до осени. Сами господа теряют стержень и смысл своей борьбы, что характерно для болтливой и ленивой публики, хотя тяга к собственности не ослабевает.

Наиболее честная и наименее стяжательная часть населения бывшей Российской империи, устав от страха, болтовни и крови, разобравшись в хитросплетениях лозунгов: «Долой» и «Да здравствует», идёт за большевиками с их простыми, естественными и ясными целями: землю — крестьянам, фабрики — рабочим, мир — народам. Товарищи, а их оказалось подавляющее большинство, потеснили господ в политике и экономике — совершилась бескровная Октябрьская социалистическая революция.

Перспектива быть равными с рабочими и крестьянами господ не привлекала: как это так, измождённый трудом и нуждой человек, не знающий манер светского общения и поведения за столом, т.е. не умеющий пускать пыль в глаза, будет равным, будет заседать на собраниях, в думах и советах, в парламентах-говорильнях, будет решать судьбу страны и народа наравне с господами. Да и икры, осетрины с хреном, хороших вин и баб на всех не хватит. С этого и началась борьба «белой кости» за возвращение своих господских прав и привилегий. А поскольку господ и их сторонников было мало, война с Советской властью на первых порах носила скрытный характер в давно знакомой форме террора и провокаций. Конечно, основные надежды господ возлагались (и возлагаются) на классовую солидарность мировой буржуазии под лозунгом «Заграница нам поможет!» (тогда — Антанта, сейчас — НАТО).

В задачу «белого» террора входило не только физическое уничтожение видных большевиков, военачальников РККА и других политических противников, но равно запугивание населения Советской республики и уничтожение тех, кто, почувствовав себя человеком, не хочет вновь стать быдлом. Классовый буржуазный элемент занялся саботажем любых мероприятий Советской власти, созданием террористических групп,* диверсиями; деклассированный — грабежами, воровством, спекуляцией.

Одним из первых клиентов Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, саботажем, спекуляцией, бандитизмом (ВЧК, созданной декретом Советской власти от 20.12.1917 г.) оказался князь Эболи, грабитель-авантюрист. Под видом сотрудника ВЧК Эболи грабил своих братьев по классу — петроградских буржуев. При обыске его квартиры были обнаружены награбленные драгоценности, золото, уникальные произведения искусства, похищенные из Зимнего дворца (ныне Эрмитаж в Ленинграде). В феврале 1918 г. расследование дела было закончено и Эболи приговорён к расстрелу. Это первый смертный приговор революционного трибунала ВЧК.

После выступления В.И. Ленина 1 января 1918 г. в Михайловском манеже перед красногвардейцами его автомобиль был обстрелян из револьверов на мосту через Фонтанку. Был ранен находившийся в машине швейцарский социал-демократ
Ф. Платтен. Сам Ленин, его сестра Мария Ильинична и шофёр не пострадали, хотя до десятка пуль пробили лобовое стекло и кузов автомобиля. Террористами оказались пять бывших офицеров: Зенкевич, Волошинов, Некрасов, Мартьянов, Ушаков. Когда следствие было закончено, встал вопрос, что с ними делать: город на военном положении, совершено покушение на жизнь главы правительства и вождя трудящихся, ранен человек. В это время немцы захватили Псков, и Ленин пишет воззвание «Социалистическое отечество в опасности!». В тот же день на имя Ленина поступило запечатанное письмо из арестного помещения. Письмо с просьбой о помиловании от пятерых террористов, стрелявших в Ильича, было написано на обратной стороне воззвания. Заканчивалось оно просьбой предоставить возможность искупить вину на фронте. Владимир Ильич прочёл письмо и сказал: «Вот и прекрасно, пусть юнцы осмотрятся и подумают». А на письме появилась его резолюция: «Дело прекратить. Освободить, послать на фронт». Первым же бронепоездом эти пять бывших офицеров были отправлены на фронт. Как они воевали с немцами, неизвестно, но все пятеро позднее перебежали — кто к Деникину, кто к Колчаку. Лишь уехавший в Сибирь к Колчаку Ушаков был обвинён в большевизме, вновь сдался в плен Красной Армии и воевал в её рядах.

Первые месяцы Советской власти чекисты и красногвардейские патрули из рабочих, солдат и матросов были настолько либеральны, что «крутые ребята» из бандитских «малин» раздели в переулке у Таврического дворца комиссара комиссии по проведению Всероссийского Учредительного собрания М. Урицкого, будущего главу Петроградской ЧК. Но день ото дня «белый» террор совместно с бандитским крепчает, сатанеет от своего бессилия…

А что же тогдашние «демократы»? Атаман Войска Донского генерал Каледин: «…Не нужно считаться с человеческой жизнью, вешать противников направо и налево» (противники, разумеется, красные). Атаман Дутов: «…Война без раненых и пленных». Под стать им остальные генералы-уроды и прочая «умная» интеллигенция (правда, это им несильно помогло, террор против народа обернулся против них самих). Это тогда, когда из 30 немецких дивизий, принимавших участие в наступлении по всему Восточному фронту, 15 дивизий Вильгельм II бросил на Петроград. Во главе военной группировки стоял принц Александр Гессенский, родной брат бывшей русской царицы Александры Фёдоровны. Этот «гусь», как и прочие, стремился любой ценой вернуть сестре трон Российской империи.

На фронтах гражданской войны большевики агитацией привлекали на свою сторону народные массы, в ряды Красной Армии принимали пленных из «белых» солдат и даже офицеров. В РККА, кроме коренных наций, воевали венгры и сербы, чехи и словаки, китайцы и немцы (самыми надёжными, стойкими после матросов, будённовцев, котовцев, чапаевцев были и латышские стрелки).

У корниловцев, дроздовцев, каппелевцев, деникинцев, у Юденича и Миллера, у белочехов и белофиннов пленных не было. Добивали даже больных и раненых. А Колчак и Врангель умудрились перевешать немало своих потенциальных сторонников и холуёв. Над пленными красноармейцами и их командирами, над сочувствующим большевикам населением придумывались и проводились самые дикие пытки и казни (вроде той, что была совершена сожжением в паровозной топке Сергея Лазо и его товарищей). Разумеется, буржуазно-белогвардейский террор поддерживался и насаждался союзниками белогвардейщины (как же — духовная родня!) из «цивилизованных» государств, как оккупационными силами, так и дипломатическими представительствами в Советской России.

Сравним некоторые данные примерно за один и тот же период «белого» террора и, как ответную реакцию на него, «террора красного», т.е. антитеррора.

1918 г. 8 июня, захват Самары белочехами (данных о жертвах нет, хотя буржуазия проводила массовые расстрелы местных жителей). 20 июня в Петрограде убит М. Володарский. 22 июля белогвардейский мятеж в Ярославле. В июле при подавлении крестьянского восстания в Бугурусланском уезде белогвардейцы убили 500 крестьян. Тогда же в Самаре расстреляно около 900 новобранцев, отказавшихся следовать с отступающей «народной армией» белых. Тогда же в Чишме расстрелян 121 пленный красноармеец. 2 августа высадка в Архангельске английских, американских, французских войск, сопровождавшаяся массовыми репрессиями местного населения со стороны буржуазии под прикрытием иностранных штыков. 4 августа англичане оккупировали Баку (местные тюрьмы заполнились большевиками и им сочувствующими). 30 августа в Петрограде убит М. Урицкий. 30 августа в Москве ранен В. Ленин. Это — только часть картины «белого» террора летом 1918 г.

В июле 1918 г. в Советской России было совершено 414 терактов против партийных, советских, военных работников, в августе — 289, в сентябре — 6 016 (проведи советские патриоты что-то похожее на сентябрь 1918 г. в сентябре
1991 г., «перестройку» в СССР некому было бы делать).

С июля 1918 г. по февраль 1919 г. ВЧК расстреляло 4 686 человек по политическим мотивам, так или иначе причастных к белому террору, и 800 уголовников.

С мая по декабрь включительно 1919 г. белогвардейцы казнили 22 780 человек только по 13 губерниям.**

Закончилась (вроде бы) Гражданская война, советские люди приступили к восстановлению разрушенного хозяйства и строительству новой жизни без господ. Но «белый» террор не прекратился. Гибнут, как всегда на войне, лучшие люди. Враги народа стараются поддерживать в стране состояние постоянного террора, состояние страха и неуверенности среди населения.

Сколько погибло советских людей, в том числе детей, женщин, стариков от бандитского террора на Украине и в Центре, от кулацкого террора в Сибири, от террора разношёрстной оппозиции в городах и сёлах на юге и севере, на востоке и западе страны? Полной, достоверной статистики нет и теперь не будет — нынешним властям не выгодно разоблачать своих сообщников предшествующих лет.

Послевоенный буржуазно-националистический терроризм в Прибалтике и в западных областях Украины как наследие западно-европейской оккупации, хрущёвско-путинский двойной против своего же населения, как наследие белогвардейщины и троцкизма — это отдельная тема, как, впрочем, и государственный терроризм США, как еврейско-сионистский терроризм, которому более 2 000 лет.

По своим целям и задачам террор различается на религиозный, национальный, классовый и более общий — государственный. Для любого из них обязательным является одно — буржуазность, основу которой составляет наличие частного материального интереса (не путать с личным). Что и объединяет террористов, как бы они себя ни называли, в организации военно-политического характера.

Сегодня террор любой окраски зачастую организуется самими правительствами и используется, как военный и политический инструмент внутренней и внешней политики для нагнетания страха и полицейских карательно-репрессивных акций против свободы и независимости социального прогресса, уничтожения части населения.***

Используя технический прогресс человечества и стремясь затормозить, законсервировать социальный прогресс, правящие круги расширили и усовершенствовали сферу давления терроризмом под клише «криминал» на сознание людей через кино и телеэкран, превращая жизнь в сплошной криминал. А не рецидивисты ли, сутенёры и гомосеки правят миром и жизнью человечества? За что же голосуют и янки, и россиянцы? За собственность? Чью?

Ссылка на основную публикацию