Социальный состав

.


Интересно отметить также сходства в географии и социальном составе сторонников старых белых и нынешних красных.

За белых был Юг России, прежде всего Кубань —  деникинская область. Мощную поддержку белые имели и в Сибири и на Дальнем Востоке, где действовал адмирал Колчак. Вообще белым симпатизировала больше провинция, аграрные районы, и русские районы России. Тогда как за красных были индустриальные столицы – Москва, Петроград, с красными пытались вести игру  сепаратисты  из национальных окраин России, мечтавшие воспользоваться сумятицей и урвать побольше независимости, красные во многом поначалу опирались на инородцев.

Ситуация в точности  повторилась  в конце 20 – начале 21 века. Области, бывшие опорой белых – Сибирь, Дальний Восток, Юг России, русские области центральной России, стали опорой КПРФ и даже получили  название «красного пояса» (по иронии истории одним из самых крепких бастионов КПРФ до последних времен оставался «деникинский центр» — бывший Екатеринодар, нынешний Краснодар, пока он не «пал» с приходом нового губернатора-единоросса). В то время как сторонников  радикальных либералов больше всего среди жителей обеих столиц — Москвы и Санкт-Петербурга. Наконец, мы снова видим определенный тактический союз радикальных либералов и местечковых (например, татарских) националистов.

Далее, по своему социальному составу белые представляли чуть ли не все общество. Здесь были и профессиональные военные, и профессора и приват-доценты университетов, и бывшие госслужащие, и обыватели – все, вплоть до рабочих и крестьян (особенно казаков). Тогда как большевики  первоначально представляли собой партию маргинализированной интеллигенции. Несмотря на то, что партия большевиков называлась рабочей и выступала за диктатуру пролетариата, состояла она прежде всего из профессиональных революционеров, которые могли быть выходцами из любого слоя – от дворян до рабочих (Ленин был из дворянской семьи, а Сталин из семьи сапожника), но за годы пребывания в партии, пропагандистской и политической, подпольной работы  давно уже маргинолизовались и приобрели черты интеллигента в узком русском смысле (Н.А. Бердяев в знаменитой веховской статье отмечал, что в России интеллигент означает не человека образованного, а носителя  нигилистической, беспочвенной  идеологии с сектантскими жизненными нормами). Потом ситуация изменилась, уже к 1919  и тем более 20-му году, на сторону красных стали переходить многие профессиональные военные (возмущенные интервенцией Антанты и агрессивными требованиями Польши и увидевшие, что большевики собирают имперские земли ), многие деятели культуры и науки (желавшие работать на благо Родины, независимо от того, какой здесь политический режим), но первоначально ситуация была именно такой: за белых – почти все, за красных – кучка радикалов-интеллигентов. Влияние большевиков тогда было настолько ничтожным, что поначалу им было не на кого рассчитывать, кроме деморализованных матросов и солдат из распущенной армии (а иногда и просто прямо криминальных элементов), и иностранцев, служивших новой власти за деньги и зачастую мало вникавших в тонкости российской политики и никого не жалевших (венгры, латыши, китайцы).

То же самое мы видим и сегодня: либералы – маргинализованые интеллигенты или партапаратчики, так или иначе связанные с криминалитетом и глубоко увязшие в антизаконной деятельности, что касается электората – иногда прямо криминальные или околокриминальные элементы (именно они с пеной у рта поддерживают приватизацию  и десоветизацию), сторонники КПРФ – срез всего общества – от профессоров и даже священников (!) до  крестьян и заводчан.

Ссылка на основную публикацию