ТЕХНОЛОГИЯ УПРАВЛЕНИЯ СВОБОДНЫМ ВРЕМЕНЕМ ЛИЧНОСТИ

Социальная технология — понятие новое в современной российской социологии, но само явление управления социаль­ными процессами отнюдь не ново. А если существовало управ­ление, значит существовала и совокупность приемов, основан­ных на выявлении закономерностей развития данного феномена, осуществляемых обществом в направлении достижения задан­ного изначально результата, другими словами технология управ­ления социальными процессами. В различных обществах сущес­твует технологии, присущие только для данного типа общества, например, существуют технологии управления социальными процессами, основанные на морали традиций, имеющихся в нем. В рационально-правовом они существуют на принципах демок­ратии. В тоталитарном — на безусловном поклонении личности вождя. Последний тип общественного устройства был присущ России на протяжении последних семидесяти лет двадцатого столетия.

Механизм социального управления строился методом на­вязывания индивиду соответствующего типа поведения, образа жизни и мышления. От личности здесь не требовалось творчес­кое напряжение, присущее Западу, при устройстве личной жизни. Нужно было только поклонение идолу вождя и соответ­ствующей идеологии. Подобная социальная технология пред­полагала конечной целью утопическую идею о всеобщем, равен­стве людей и упорно добивалась этого «равенства» всеми возможными и невозможными средствами. Это насильственное равенство людей поначалу ассоциировалось у народа с получе­нием, наконец, желанной свободы. Однако данная технология завела общество в тупик, т.к. реальная жизнь развивалась в одном направлении, а идеология тянула ее в другую сторону. В этом случае интересно посмотреть действие данной социальной технологии на конкретном примере.

Жизнедеятельность общества складывается из разнооб­разных типов деятельности, которая существует в пространстве и во времени. Наибольшую свободу действий человек имеет в свободное время, которое отличается от рабочего и внерабочего тем, что распределяется в зависимости от интересов и потреб­ностей самой личности.

Как явление материального мира свободное время может быть познаваемо только в процессе развития и реализации на практике, которое проявляется в изменениях, происходящих в его элементах и связях между ними. Эти изменения могут носить частный или общий, единичный или систематический характер. В зависимости от содержания и распространенности явления мы выделяем ту или иную тенденцию.

Тенденция является результатом проведения в обществе той или иной социальной политики, которую теперь мы называ­ем социальной технологией. Содержание этих тенденций при глубоком их исследовании может быть дифференцировано на бесконечно большое количество более или менее мелких тенден­ции и в конечном счете сведено к рассмотрению отдельных частных случаев, из которых эти тенденции формируются. Мы ограничимся рассмотрением одной тенденции развития феноме­на свободного времени — изменение его объема как результат существовавшей в то время социальной технологии управления.

Концепция значительного увеличения свободного времени населения страны отмечалась всеми авторами, занимающимися данной проблемой. «У промышленных рабочих, — пишет Б.Ра- китский, — свободное время составляет сейчас в год около 1800 часов у мужчин и около 1150 часов у женщин. Прирост за двадцать лет составил у мужчин — рабочих — 510 часов, у работниц — 110 часов. За восьмидесятые годы продолжитель­ность досуга увеличится», — делает он оптимистический вывод.

Поскольку бюджет времени измеряется сутками, неделями и т.д., то изменению в продолжительности одной из видов деятельности (например, рабочее время) неизбежно приводит к пропорциональному изменение других временных групп (внера­бочего и свободного). Сокращение рабочего и увеличение свободного времени, безусловно, связано с быстротой роста промышленного и научного потенциала страны, но процесс этот вопреки ожиданиям оказался противоречивым и многоступенча­тым.

Одним из первых декретов, подписанных В.И.Лениным сразу после Октябрьской революции в России, был декрет Совнаркома о введении восьмичасового рабочего дня, благодаря которому увеличивалось внерабочее время трудящихся. И хотя основной задачей первых пятилеток советской власти было объявлено создание мощной индустрии, к началу первой пяти­летки затраты на социально-культурные мероприятия составили в стране, по данным ЦСУ тех лет, около двух миллиардов рублей, или 10% национального дохода, и 15% по союзному бюджету.

По свидетельству очевидцев? в годы первых пятилеток интенсивность производительного труда была настолько велика, что свободное время первоначально выполняло лишь функцию восстановления физических и духовных сил, затраченных в сфере труда. Как пишет С.Г.Струмилин, в 1924 году заводской производственный труд отнимал у рабочих восемь часов, но трудовая нагрузка рабочих — мужчин, а особенно женщин была так велика, что им не хватало времени для восьмичасового сна. Для учебы и культурной деятельности у них оставалось еще меньше времени, а досуга у них практически не оставалось.

К концу шестидесятых годов вместе с ростом промышлен­ного потенциала страны, изменением условий и характера труда, изменениями в образе и стиле жизни общества появилась возможность новых социальных преобразований. В 1967 году наша страна осуществила переход на пятидневную рабочую неделю. Современные статистические данные показывает, что средняя продолжительность рабочей недели промышленных рабочих уменьшилась по сравнению с 1955 годом, как утвержда­лось, на 7,1 часа и составила 40,7 часа. Статистика давала такие цифры: среднегодовая величина свободного времени (1800 часов превышала среднегодовую величину рабочего времени 1748 часов).

Однако практика показывала, что для основной массы населения страны такое «значительное увеличение свободного времени» осталось формальным. Фактически большую часть этого времени люди вынуждены были тратить на решение бытовых проблем, улучшение своего материального благососто­яния и т.д. И лишь незначительная часть этого времени отводилась отдыху и свободной деятельности.

Исследования социологов показали, что ритм жизни насе­ления нашей страны оставался чрезвычайно напряженным, потому что количественное увеличение свободного времени происходило не только и не столько за счет сокращения продолжительности основных (первичных) видов деятельности во внерабочее время, сколько за счет увеличения времени на одновременно осуществляющиеся (вторичные) занятия. Этот процесс совмещенности занятий продолжает развиваться и по сей день и оказывает наряду с другими факторами отрицатель­ное и все усиливающееся влияние на их здоровье, вызывая нервные перегрузки, а вместе с ними сердечно-сосудистые и многие другие заболевания.

Поэтому для основной массы населения нашей страны тенденция увеличения свободного времени не была реаль­ностью. Скорее можно говорить, что за годы советской власти в нашей стране происходил прирост внерабочего времени. Но в силу чрезвычайно низкого уровня жизни людей в нашей стране оно почти целиком поглощалось бытовыми заботами, поэтому свободное время в течение всего этого периода увеличивалось в значительно меньшей степени.

Однако сказать, что прироста свободного времени не происходило совсем, тоже нельзя, хотя эта тенденция и сейчас находится в нашей стране, по нашему мнению, в начальной стадии своего развития и имеет свои противоречия. Например, в ее развитии периодически могут возникать временные сокра­щения у определенной части населения, что мы и наблюдаем сегодня в связи с изменившимися условиями жизни общества. Но это временное сокращение не может служить отрицанием существования данной тенденции вообще, так как все эти изменения являются не только отражением ценности соответ­ствующих видов деятельности и потребностей, для удовлетворе­ния которых они предназначены. Более того, по мере созревания экономических и социальных предпосылок само увеличение свободного времени становится социальной потребностью, кото­рую и призвана решить социальная технология, но на новом, более высоком, чем прежде, уровне. Поэтому тенденция увели­чения объема свободного времени в процессе изменения и совершенствования общественной жизни можно рассматривать как тенденцию повышения его роли в образе жизни общества.

Сегодня исследователи отмечают актуальность изучения проблем свободного времени, обоснованием для которого явля­ется то, что по данным социологических опросов свыше 80% молодежи оценивает важность своего труда и досуга как равноз­начные или даже отдает приоритет последнему. Это совпадает с тем, что наблюдается на Западе, где давно уже дискутируется вопрос о возникновении «цивилизации досуга», где люди готовы сознательно ограничить свои материальные потребности во имя высвобождения большего объема свободного времени.

Увеличение свободного времени становится возможным в силу роста производительных сил, который является условием развития как всего общества в целом, так и каждого человека в отдельности. По мере совершенствования производства и его технологий, а также производственных отношений, и вместе с этим увеличения и удешевления прибавочного труда и приба­вочного продукта, величина свободного времени изменяется в сторону увеличения и наоборот, при кризисном состоянии экономики последняя имеет тенденцию к сокращению. Поэтому, с одной стороны, увеличение свободного времени представляет собой одну из закономерностей развивавшегося общества, но, с другой стороны, процесс этот зависим от социальной жизни в целом и поэтому при нестабильности в прогрессивном развитии общества может наблюдаться временное его уменьшение. Кроме того, увеличение свободного времени за счет сокращения рабо­чего не может продолжаться до бесконечности. Дальнейшая реализация объективной необходимости увеличения свободного времени в России возможна прежде всего за счет нормализации экономической и социальной жизни в стране.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector