КОНСТИТУЦИЯ И КРИЗИС

Современное положение в России характеризуется системным кризисом, который охватил не только финансовую и промышленную сферы, но и сказывается на психологическом состоянии общества. В подобных условиях общество обращается к теме совершенства, а скорее несовершенства политической системы, государственно-правовых ме­ханизмов управления. Теперь можно часто слышать о необходимости внести изменения в действующую конституцию страны, по иному пере­распределить полномочия между Президентом, Парламентом и Прави­тельством. Данный подход носит все характеристики объективного кон­структивизма и иллюзорен по своей глубинной сути. Такой вывод на­прашивается при анализе тех идей и мер, которые предлагается слева и справа. Перелицовка юридических текстов не может заменить необхо­димость реального проведения реформ и нормальной работы государст­венных институтов. Тем более важно подчеркнуть эту мысль, что в со­временной России распространилась практика лженормативизма, то есть повышенного общественного ожидания от функционирования пра­вовой системы без надлежащего обеспечения принимаемых законов и иных нормативных правовых актов энергетикой государственного аппа­рата. В итоге сложилась современная ситуация, при которой за спиной законодателей осталось множество не взятых крепостей.

Великая депрессия начала 30-х годов и военное лихолетье на фоне спада нашей экономики могли бы выглядеть сегодня временами вполне благоприятной экономической конъюнктуры.

Проводившая в последние годы на уровне Центра политика ре­форм привела к тому, что вместо широкого слоя заинтересованных в приумножении богатства стратегических собственников, мы в ходе форсированной приватизации получили, с одной стороны, финансовую олигархию, подмявшую под себя едва ли не основную часть финансо­вых средств России, и, с другой стороны хищников -«собственников — однодневок», стремящихся к максимальному обогащению в сжатые сро­ки посредством разбазаривания национального богатства.

Есть еще и третья сторона — миллионы обманутых на ваучерах россиян, ограбленных финансовыми аферистами и стоящих сегодня в огромной очереди к Президенту и Правительству за зарплатой, пенсией, пособиями.

Вместо стабилизации финансов и денежной системы, обеспечи­вающей укрепление рубля как единственного законного платежного средства на территории России, вместо перехода к действительно пол­нокровным товарно-денежным, рыночным отношениям, мы сделали сто с лишним шагов в сторону «коммунизма», от которого, казалось, бежа­ли, как черт от ладана. Деньги исчезли из реального сектора экономики, из сферы производства. Произошла долларизация экономики и «бегство» капитала за рубеж.

Важно подчеркнуть, что речь идет о доминирующих сегодня тен­денциях, в совокупности своей и составляющих суть понятия «кризис4«.

Явления и процессы в финансовой, экономической и производст­венной сферах ослабили федеративную государственность. Начавшийся процесс реальной федерализации — подписание Федеративного договора, принятие уставов и конституций в субъектах Федерации, одобрение на референдуме 1993 г. Конституции РФ — помог ряду региональных лиде­ров, да в чем-то и Совету Федерации, как палате регионов, быстрее и точнее разобраться в истинных «достижениях» экономических реформ. Результатом этого осознания стал гот факт, что к власти в регионах пришли лидеры, которые стали предпринимать активные действия, что­бы смягчить силу социального удара, оградить население в регионах от тягот и утрат, придать правильный, социально ориентированный курс предпринимательству (в том числе малому), акционированию, привати­зации.

Многим из них удалось отстоять свой, особый путь поэтапного ре­формирования экономики.

Необходимо отметить, что именно регионы и только они на сего­дняшний день в числе первоочередных мер решают вопросы помощи беднейшим слоям населения, поддержки местных товаропроизводите­лей, собственных хозяйственников и предпринимателей, т.е. осуществ­ляют те функции и задачи, которые не хочет, да и не может решать Центр.

Естественно, что в результате такой «социальной защиты регио­нов» были несомненно искажены принципы федерализма как объедини­тельные нормы для всех субъектов Федерации.

Следствием чего стало ослабление позиции Центра во взаимоот­ношениях с регионами.

За последние два месяца федеральные власти вообще фактически лишились возможности влиять на политику регионов. Финансово неус­тойчивые субъекты Федерации, бюджет которых зависит от дотаций из Центра (а таких около 80 из 89) теряют последнюю нить, которая при­вязывала их к Центру. Судя по всему в перспективе Центр не сможет поддерживать губернские бюджеты. В этих бюджетах растет огромная брешь, во многих случаях сопоставима с размером бюджета. Регио­нальные власти в который раз остаются наедине со своими, да и не только своими бюджетниками.

Еще меньше оснований держаться федерального Центра у десятка экономически независимых регионов. Их деньги Центр до сих пор пе­редавал неимущим. Неудивительно, что у богатой десятки возникали обиды на Федерацию.

Кроме удаления от Центра центробежная сила отталкивает друг от друга регионы. Наиболее дальновидные местные власти задолго до кри­зиса стали обособляться, например, от общероссийского финансового рынка.

Недавние события на финансовом рынке еще больше стимулиру­ют этот процесс. В ряде регионов России уже созданы собственные бан­ковские союзы, задача которых — поддерживать местные межбанков­ские расчеты. Л Центробанку ничего не остается, как поддерживать эти островки относительной стабильности.

Идеи отгородиться не только финансовыми, но и экономическими барьерами сегодня стали возникать с пугающей частотой. Особенно это касается ограничения вывоза продуктов питания за территории региона. Субъекты РФ принимают многочисленные нормативно-правовые акты, ограничивающие торговлю между различными регионами, тем самым нарушая конституционную норму о единстве экономического простран­ства.

Таким образом, ослаблению позиций Центра способствуют ак­тивные действия регионов, однако этому способствует и «пассивная», выжидательная позиция Центра. Речь идет не только в затягивании при­нятия конкретных мер по выводу России из кризиса, а речь идет еще о тех правовых упущениях, которые не в малой степени этому кризису способствовали, и которые усиливают противостояние Центра и регио­нов.

До сих пор не урегулированы вопросы разделения полномочий между Российской Федерацией и субъектами РФ.

Становится очевидным, что ни Федеративный договор, пи Кон­ституция не отражают в полной мере взгляды регионов России на оп­тимальную модель разделения власти по вертикали, федеральный же закон, который определил бы принципы разграничения полномочий между Федерацией и субъектами не принят. Следствием этого явился набирающий обороты процесс вытеснения конституционных норм нор­мами договорными.

Уже ни для кого ни секрет, что заключенные договоры, а их более 30, стали общероссийской проблемой. В договорах говорится о разме­жевании предметов совместного ведения между органами государствен­ной власти Федерации и субъектов Федерации. Анализ таких договоров свидетельствует, что у одних субъектов по такому договору полномо­чий больше чем у других. Все зависит от силы воздействия субъектов, от способности их руководства выторговать те или иные привилегии в высших органах Федерации. Понятно, что заключение их (во всяком случае на начальном этапе ) носило компромиссный характер, они рас­сматривались как средство для снятия напряженности во взаимоотно­шениях Центра и регионов. Но не было учтено, ч то ослабление остроты отношений между Федерацией и отдельными регионами путем подпи­сания договоров, обостряет отношения с другим субъектами, порождая неравноправие субъектов. Вряд ли такие отношения способствовали и будут способствовать сохранению целостности Федерации.

Необходимо остановиться еще на одном важном аспекте, чтобы понять причины сложившихся взаимоотношений Федерации и Центра. Речь идет о финансовой составляющей таких отношений, названной бюджетным федерализмом.

Существенным элементом действующей системы бюджетного фе­дерализма является оказание помощи субъектам Федерации за счет средств федерального бюджета в виде трансфертов из Фонда финансо­вой поддержки регионов.

Первоначально фонд финансовой поддержки регионов задумывал­ся как основной рычаг поддержки субъектов Федерации с относительно низким налоговым потенциалом. Однако фактическая модель расчета трансфертов и реализация на практике их перечисления по существу свели функции данного фонда к корректировке недостатков действую­щей налоговой системы. При этом в отсутствие законодательно опреде­ленных параметров оказания помощи регионам обнаружился явно субъ­ективистский подход к распределению средств этого фонда, что тоже не могло и не сможет в дальнейшем устраивать регионы.

Необходимо коренное изменение бюджетной системы, налогового законодательства.

Сохранение государственной целостности России, пресечение про­цесса конфедерации, переход от идущей в настоящее время стихийной десуверенизации Российского государства и продуманной, последова­тельной, сбалансированной децентрализации полномочий и функций органов государственной власти РФ и субъектов РФ в строгих рамках конституционно-правового пространства — важнейшая задача, решение которой во многом способствует развитию бескризисной экономики.

Для решения этой задачи необходимо:

  1. Формирование эффективного правового пространства, основан­ного на принципах Конституции.
  2. Упорядочение на основе Конституции отношений между феде­рацией и субъектами. В этом плане необходимо скорейшее принятие федерального закона «Об общих принципах организации государствен­ной власти в субъектах РФ» «О порядке и принципах разделения пол­номочий между Российской Федерацией и ее субъектами; принятие за­конов, способных урегулировать бюджетные отношения Центра и ре­гионов.
Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector