Спасение утопающих — вообще не дело

Американские дебаты вокруг затонувшего города продолжаются. Тамошняя прогрессивная общественность клеймит ненавистного ей президента, подошедшего к спасению людей с истинно либертарианским пафосом — «когда каждый сам за себя — это очень даже эффективно». Президенту также инкриминируется скрытый расизм, проявившийся в очевидном безразличии к судьбам жителей почти полностью черного города. Власть, в свою очередь, защищается как может — добывает все новые средства для восстановления города, Буш отрицает все обвинения  по части расовых предрассудков, а федеральные республиканские чиновники перекладывают вину за провал спасательных мероприятий на чиновников местных, демократических. Иными словами, идет вполне очевидная дискуссия, ограниченная довольно строгими рамками базовой этики — «людей нужно спасать», «людям нужно помогать». И рамки эти — никто, за исключением совсем уж отъявленных маргиналов, не подвергает сомнению.

А в России в это время раздается голос туземного либертария.

Видный публицист Юлия Латынина, с присущей вообще последователям учения Хайека-Мизеса, но в то же время и особенной русской откровенностью в эфире свободолюбивого радио «Эхо Москвы» обьяснила всем желающим, что же произошло на самом деле в Новом Орлеане и кого следует винить во всем случившемся. И вот что буквально она сообщила:

«Тут я читала замечательную статью Мелора Стуруа, выдержанную абсолютно вот в советской стилистике, о том, что вот белые спаслись, как на «Титанике», а черные остались. Опять Америка сегрегирована на белых и черных, на богатых и нищих. На самом деле Америка сегрегирована в Новом Орлеане оказалась не на богатых и нищих, а на умных и глупых. Правда, очень много глупых. Кто остался в городе, скажите, задайтесь вопросом, о котором за неделю до этого было известно, что его затопит, и всех предупреждали – нужно уехать. Кто остался в таком городе? Первое – тот, кто не знал, что будет наводнение. Кто был под таким глубоким кайфом, такой наркоман или такой пьяница, что он просто не просек этого факта. Другая категория – остались те, кто подумали: «О, сейчас богатые уедут, я их буду грабить». И кроме того, остались люди с пониженным чувством социальной ответственности, которые считали: «Все равно пронесет». Вот у них там теперь грабежи. Так что же вы хотите? Социальный состав тех, кто остался в Новом Орлеане – это тот же социальный состав, что сидит в тюрьме. Выпустите их из тюрьмы, уберите их полицейских, и вы получите то, что происходит в Новом Орлеане… то, что произошло в Новом Орлеане, мы видим социальную катастрофу системы, которая называется системой Вэлфера. Системы, которая создала целый класс людей – неважно они черные или белые – целый класс людей, живущих на иждивении у государства и которые серьезно считали, что все, что произошло, вот это наводнение – это либо повод пограбить, либо повод надеяться, что их все равно спасут, все равно спасет Америка».

Итак, жители Нового Орлеана разделились на умных и глупых. Умные уехали, а глупые угодили под воду. Бывает ведь такое. Вот, к примеру, в середине двадцатого века умные евреи уехали из Германии, а глупые попали в Дахау — у них, должно быть, также было понижено чувство социальной ответственности.

Дело даже не в многочисленных аргументах, которые можно противопоставить потрясающему пафосу г-жи Латыниной. В аргументах попросту нет смысла — поскольку учением о безграничной экономической свободе они в расчет не принимаются. Бедность черного населения, у которого нет возможности обзавестись автомобилем? Для Латыниной они не люди, поскольку «неэффективны», и, стало быть, говорить о них незачем. Отсутствие вовремя пришедшей помощи любого происхождения, могущей спасти не только глупых, но и иных умных, но при этом пожилых, больных, беспомощных?  Для вероучения либертарианства все эти категории населения — то, чем можно пренебречь, ибо ценен только тот, кто способен проявить «индивидуальную инициативу» и спасти себя сам. Ответственность государства? Для Латыниной и Ко государства как социального инструмента не существует, социальная помощь может быть только добровольной филантропией, а налоги надобно вообще отменить — они бизнесу мешают. Бессмысленно даже возражать ей в том духе, что разделение на умных и глупых произошло в Америке несколько раньше, а именно в 2000 году, когда крайне незначительным большинством населения — и даже не населения, а выбрщиков — был избран похожий на человекообразную обезьяну президент, проповедующий то самое «минимальное вмешательство государства в экономику», которому поклоняется Латынина. Во имя «экономической свободы» либертарианские публицисты могут пренебречь всем, даже простейшими представлениями об уровне культуры политических деятелей. Это ведь только с Путиным важна всякая порочащая его подробность, а Буш сойдет для них любым, даже совсем уж неприлично диким.

Есть только одно соображение, являющееся для г-жи Латыниной и ее собратьев по духу (коих в эфире радио «Эхо Москвы», на сайте «Газеты.Ру», на страницах «Новой газеты» и т.п. немало) не только ключевым, но, в перспективе, и роковым. Дело в том, что она и все ее коллеги обыкновенно представляют себя как лиц, публично защищающих в России принципы и ценности «западной либеральной цивилизации» — которой, натурально, противостоит хамство, тоталитаризм, азиатчина и прочее проклятое-неизжитое русское. Однако, если бы речи Латыниной о «глупых» жителях Нового Орлеана, которых и спасать-то нет никакой особой нужды, услышал любой корреспондент большого западного СМИ вроде «Нью-Йорк Таймс» — она стала бы на Западе абсолютной персоной нон-грата. Заявления, подобные тем, что ничтоже сумняшеся делает она, в «цивилизованном мире» могут позволить себе только ультраправые фанатики, от «приличных» же людей, к которым в России причисляет себя Латынина, за такое полагается канделябром. Или, в случае с дамой, как минимум полный бойкот.

Поразительно в этом смысле то, насколько местные фанатики либертарианской идеи не утруждают себя даже минимальным следованием нормам мировой политкорректности и гуманизма. Казалось бы, такое мог бы позволить себе Дугин, Рогозин и прочие «автохтонные консерваторы», но идеологам «благого Запада и дикой России» выбалтывание такого примитивно-животного расизма и социал-дарвинизма ну никак не позволительно. Их счастье, что откровения, подобные латынинскому, никто пока не доводил до сведения тех, кто берет у свободолюбивых русских либертарианцев интервью, переводит книги, раздает гранты, приглашает на лекции. А доводить бы надо — на месте путинского агитпропа именно такие пассажи «Эха Москвы» следовало бы транслировать в уши западных общественных и медиа-деятелей. «Посмотрите, какова наша демократическая оппозиция!».

О следствиях подобной логики внутри России также не стоит забывать. Латынина претендует на то, чтобы быть социально-экономическим светилом антипутинской оппозиции, формулировать те смыслы, что должны противостоять пропаганде «злочинной» власти. Однако можно себе представить, какой будет реакция оппозиции, выстроенной по образу и подобию Латыниной, на монетизацию, допустим, льгот. «Ах кровавый тиран Путин что творит! Хотел отнять у больных лекарства, а потом передумал, часть вернул, да еще и денег из бюджета на медицину добавил. Не забудем не простим! Придем к власти — отнимем все!»

Так вот и думаешь — счастлива та власть, что имеет в оппонентах таких откровенных людей, как Юлия Латынина. Другой бы пыжился, улыбался, изображал из себя человеколюбца, а здесь — все «принципы» налицо. «А он и не скрывается», как сказано где-то у Д.А.Пригова.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector