С МИРУ ПО НИТКЕ

В самом конце прошлого года домой к Максиму Малышеву, активисту «Авангарда Красной Молодежи», в 7 утра позвонили три человека в штатском и представились: мол, из прокуратуры, нужно провести обыск. Предъявили постановление об обыске, написанное на обычном листе бумаги с печатью. Проводили акцию следователь прокуратуры Красногвардейского района северной столицы и оперсотрудники милиции. Было предложено выдать предметы экстремистской направленности, вещи с националистической символикой. Эмблему АКМ с надписью «Наша Родина СССР!», придуманную художником Геннадием Животовым в 1998 году, назвали фашистской. Взяли ботинки-берцы и мобильный телефон. Ковырялись в видеокассетах. Забрали с собой листовки Движения сопротивления имени Петра Алексеева, «За Советскую Русь», «Антикапитализм 2004», фотографию акции «Дети — наша будущее. АКМ», которая проходила в Москве в июне 2004 года, газеты «Рабочий Ленинград», «Контрольный выстрел», альбом с цветными фотографиями «Антикапитализм 2003», исторические и философские книги активиста Патриотического союза студентов Алексея Семенова, среди них — «История Гестапо», «Фашизм — путь к агрессии и гибели», «Судьбы 20 века. Адольф Гитлер».

Обыск начали в 7.25, окончили в 8.30.  Увезли Максима приблизительно в 9 часов в РУВД Петроградского района (Монетная, 20). Долго искали свободное помещение. Но  держали не в камере. Видимо, там знали, что Максим является активистом левой молодежной организации, которая борется лишь с коррумпированными чиновниками и бизнесменами, которые сколотили свое состояние на лжи, обмане и крови своих соотечественников. Допрос длился примерно один час. Сначала спрашивали об Алексее Семенове, об активистах «Авангарда Красной Молодежи». Потом спросили, где он находился в момент убийства вьетнамского студента, участвовал ли в групповых избиениях лиц неславянской национальности. Максим ответил, что АКМ — левая организация, которая осуждает насилие по отношению к простым гражданам любой национальности. Затем спросили про убийство Гиренко, таджикской девочки и нападение на цыган на платформе «Дачное». Максим ответил, что все факты и подробности этих происшествий ему известны только из СМИ. После допроса сняли отпечатки пальцев и выпустили. Сказали, что вещи отдадут позже. Домой Максим приехал только около трех часов.

После московского приговора семерым членам НБП к пяти годам каждого в колонии строгого режима за проведение акции протеста в помещении Минздрава обыски и допросы в нашем городе можно расценивать как предупреждение со стороны властей. Со своей стороны мы предупреждаем власти, что ни один их преступный шаг — особенно по разрушению исторического центра Санкт-Петербурга, доступного образования, здравоохранения и общественного транспорта — ни одна их махинация с передачей общенародного достояния в руки воров и жуликов, уплотнительной застройкой или получением сомнительного кредита не останется без нашего внимания. Михаил Дружининский, водитель трамвая, Председатель Свободного профсоюза трамвайщиков, член комитета Единых действий по защите социально-трудовых прав граждан Санкт-Петербурга и Ленинградской области

 

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector